Таможенник возвышался над маленьким Шрайнером как гора. Круглая голова, стрижка ежиком. Толстые губы, сломанная переносица. Большие грубые руки, испещренные блекло-синими рисунками. Эти руки только что копались в чемодане Шрайнера. Руки с татуировкой — уголовной, без сомнения. Шрайнер хорошо знал русские реалии. Такие татуировки делали в русских тюрьмах десять лет назад. Теперь, конечно, уже не делают. В России все изменилось. Бывший преступник — и вот, пожалуйста, работает служащим государственной таможни. И можно быть уверенным, что он не совершит ничего противозаконного. Все изменилось.

— Это что? — Таможенник постучал пальцем по папке.

— Это папка, — заявил Шрайнер. Не любил он дурацких вопросов.

— Это фолдер

— Я и говорю — папка.

— Откройте ее, пожалуйста.

Рихард со вздохом расстегнул «молнию». На одной стороне был плоский цветной экран, на другой — клавиатура. Кожаная папка была фолдером фирмы «Sony» — персональным компьютером, потомком ноутбуков, популярных в конце прошлого века. Только весил этот компьютер не больше ста пятидесяти граммов. А по техническим параметрам самый лучший ноутбук показался бы по сравнению с ним не сложнее карманного калькулятора.

— Ваш фолдер способен работать в режиме телевизионного приемника, не так ли?

— Так. — Шрайнер виновато развел руками. Глупо было бы отрицать. В мире давно не выпускалось персональных компьютеров, не работающих к тому же как телевизор и видеотелефон.

— Ваш фолдер произведен за границей. Он японский. — Таможенник бросил презрительный взгляд на папку, как будто перед ним лежал не современный аппарат, а кучка дерьма. — Я думаю, вам знакомо постановление нашего правительства, запрещающее провозить в Российскую Федерацию телевизионные устройства иностранного производства.